September 5th, 2020

Артефакт

Магическая машина

Виртуальные миры — книжные, игровые и кинематографические — успешно противостоят рациональному характеру современной цивилизации и пронизывают эру высоких технологий верой в тайные мистические формулы и заклинания. Но самое странное в этой истории то, что современные представления о магии и эмпирическая наука выросли из одного корня. Истоки их родства можно обнаружить в одном средневековом артефакте — великом искусстве ars magna, придуманном в XIII веке Раймундом Луллием.



</a>


Вначале было слово

      Могущественный волшебник в известной серии книг одним словом поражает противника, а главные герои культового фильма заняты поиском старинной книги, в которой спрятан секрет власти над Вселенной. Эта параллельная реальность живет и питается нашими убеждениями о том, что слово имеет неодолимую силу. Силу, которой можно управлять.
Аналогично мыслили и наши предки, но не те древние, жившие в лесах, а городские, для которых падение Рима находилось далеко в прошлом. Магия языческих народов основывалась на соблюдении ритуала, в котором слово играло второстепенную роль. Так, Джеймс Фрэзер, знаменитый исследователь древних культов, называет два принципа симпатической магии: подобия (гомеопатии) и контакта (заражения). В первом случае любое воздействие якобы можно произвести, подражая этому предмету или действию (вспомним утыканные иглами куклы вуду). Во втором — подразумевается, что предметы и люди, имевшие контакт с объектом, навсегда сохраняют с ним связь, поэтому могут служить посредниками для совершения обряда.
     Слово стало предметом всеобщего интереса, когда языческая парадигма сменилась христианской, а европейцы прочитали в Библии следующий фрагмент: «И сказал Бог: Да будет свет. И стал свет… И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему». И близкий по смыслу кусочек текста из Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. И все через Него начало быть…».
     Наверняка богословы способны объяснить аллегорическое или метафорическое значение этих строчек, но средневековая Европа поняла их буквально!




Раймунд Луллий

Collapse )